Всё об освоении космоса

Объявления

Всё о кино

Особняк из фильма “Один дома”

“Один дома” – хорошая комедия, знакомая нам всем уже много лет.

Подробнее...

Почему люди любят сериалы

Сколько не говори, что по телевизору не показывают ничего стоящего за небольшим исключением, а люди всё равно смотрят.

Подробнее...

Видеофильмы HD качества

Прошедший век ознаменовался множеством очень важных открытий, которые полностью изменили жизнь людей и дали толчок к развитию других направлений в науке.

Подробнее...

Фильм Потустороннее

Я никогда не любил комедии, ощущал в них какую-то фальш. Комедия заканчивается, а ты остаешься.

Подробнее...

Южная территория (Southland)

Захватывающий сериал Southland или Южная территория — то, что стоит смотреть не только любителям детективного жанра.

Подробнее...

Статьи

Собственный домен, это необходимость для сайта!

Сейчас создание собственного сайта, это необходимость для любой компании или личного блога.

Подробнее...

Быстрая упаковка и перевозка предметов

В современной интенсивной жизни переезды происходят часто. Это связано с постоянной сменой местожительства, с реорганизации компании, изменения в семейном статусе.

Подробнее...

Особенности и преимущества игровых автоматов онлайн

Игровые автоматы онлайн всегда пользовались большой популярностью у геймеров.

Подробнее...

Как в космос слетать

Смоленщина — это не только Смоленск, но и окрестные города и деревни со своими памятниками.Например, в 15 километрах от Смоленска (в сторону Рославля) есть старинное село Талашкино, куда идут автобусы от Смоленского вокзала.

Подробнее...

Испания и испанский колорит

Эта страна находится в юго-западе Европы и занимает внушительную часть Пиренейского полуострова.

Подробнее...

ИСЛАНДИЯ. ДНИ СЕДЬМОЙ, ВОСЬМОЙ И ДЕВЯТЫЙ

Вообще изначально наш маршрут был построен через Исафьордур.

Подробнее...

ИСЛАНДИЯ. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

Утром хозяин отеля накормил нас завтраком.

Подробнее...

ИСЛАНДИЯ. ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ

На второй день пребывания в Рейкьявике мы поехали в Голубую лагуну.

Подробнее...

ИСЛАНДИЯ. ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ

Рейкьявик переводится с исландского как «дымная бухта».

Подробнее...

ИСЛАНДИЯ. ДЕНЬ ВТОРОЙ

Рейнискверфи –Скафтафетль.

Подробнее...

Отзывы

Евсеев Саша

Доказать что ты художник в наше время очень тяжело. Потому что любой прием дает тебе право называться им.

Подробнее...

stalewar2

Балабанов, как и Достоевский, пишет именно о свем времени. В 1984-ом ему было 25 (то есть он был уже вполне взрослым и состоявшимся человеком), работал он тогда ассистентом режиссера на Свердловской киностудии.

Подробнее...

stalewar

Когда смотрел Груз 200, возникали невольные ассоциации с романом Достоевского Бесы. Вообще-то, тема этих произведений - одна и та же.

Подробнее...

Дэша

Огромное спасибо Алексею, за то что он есть у нас такой режиссёр, да что там режиссёр, просто ГЕНИЙ!

Подробнее...

Shurik

Смотрел на одном дыхании. Бесспорно фильм очень тяжелый.

Подробнее...

Татьянаxxx

Могу только порадоваться, что этот фильм "не о чём и не понятно для кого", извращённая фантазия Балабанова, выходит летом.

Подробнее...

mistera

Посмотрел фильм "Груз 200". Впечатление не приятное.

Подробнее...

Al

Вы знаете, так кино меня задевало только после просмотра Сталкера.

Подробнее...

Sv_FeniX

Чтобы хоть на миг усомниться, что это не игра больного разума, в начале фильма нужно было надписать:

Подробнее...

Capone

Хотелось написать что-то вроде удаливший модер - паскуда, но не буду. Вдруг нормальный модер, не как все, и действительно свободу слова не ущемляет... хотя врядли, но бум надеяться.

Подробнее...

Реклама

Вентиляторы вытяжные комната смотри здесь.

Наркологическая клиника перейти
narkologicheskaya-klinika-moskva.ru

Металлопластиковые окна цена
Металлопластиковые окна - продажа, установка, ремонт. Сравните цены
f-od.ru

Всласть тьмы


Всласть тьмы

"Груз 200" Алексея Балабанова выйдет на экраны только в начале июня. Дату релиза несколько раз переносили, что легко объяснить: это кино неудобное и вместе с тем поразительное. В буквальном смысле слова, ибо поражает нервную систему смотрящего.

Причин писать о фильме задолго до премьеры несколько, но главная — одна: остаться равнодушным после просмотра довольно трудно. «Груз 200» вызывает рефлекс из области «не могу молчать». Картин, способных показать невыносимый ужас бытия, а в финале все-таки вырулить на катарсис, мало. За последний год вспомню «Фландрию» и «Волчью яму», но из этих двух фильмов один французский и про войну (война — штука страшная), второй — австралийский и хоррор (ему положено пугать). «Груз 200» — самый что ни на есть отечественный и рассказывает про обыденную жизнь.


Лекарство от амнезии

У профессора из большого города ночью на шоссе машина заглохла, и забрел он в поисках помощи в домик на обочине. В эту же избушку, когда стемнело, постучались двое молодых людей. Обратно к нормальной жизни им вернуться уже не удалось — во всяком случае такими, какими они были раньше. Несчастный случай.

Сюжеты вроде того, что лег в основу фильма, находят себе место на полосах криминальной хроники ежедневных газет, потому пересказывать фабулу вдвойне нетактично. Тем более в пересказе останутся только тошнотворные изнасилования да убийства, убогий быт и бедность, рождающие насилие. Пересказ не передаст гнетущего впечатления от индустриальных пейзажей, живущих своей труднообъяснимой жизнью, или темного леса, в котором пропадает, как в темном омуте, глупенькая девочка, советская Лора Палмер (пусть она не школьная королева красоты, а дочь начальника райкома). И стоит ли искать слова, чтобы сказать о старых поп-шлягерах, повторяемых за кадром с навязчивостью дурного сна? Их бесшабашная удаль после просмотра «Груза 200» зазвучит по-иному. «Ну и пусть будет нелегким мой путь... Тянут ко дну боль и грусть», — а ведь и правда, тянут. Оказавшись на грани небытия, отыщешь нежданный смысл в тех самых строках, что казались невыносимой пошлостью, когда ты лениво ловил радиоволну в своей машине.

Первый титр фильма гласит: «На основе реальных событий», — и ей-богу, даже если режиссер фантазировал, сомнений не остается: там все — правда высшего порядка, рядом с которой вероятные упреки в анахронизмах (действие происходит в допотопном 1984-м) прозвучат смешно. Зачем, однако, возвращаться на четверть века назад? Конечно, не за модной нынче ностальгией: хиты «Песняров» в фильме есть, а вот тоски по миновавшему «совку» нет. Клеймить коррумпированную милицию развалившейся империи и обличать ныне отмененную смертную казнь вроде тоже незачем. Балабанов нырнул в ретро по иной причине. Как и в лучшем своем (до сей поры) фильме «Про уродов и людей», он будит механизмы памяти, щадящие человека и выключающие из сознания самые мерзкие и жуткие стороны его бытия. Стартует мнемонический процесс уже с заголовка: не все помнят и знают, что «груз 200» — эвфемизм для обозначения металлического ящика с трупом солдата, вернувшимся домой с поля боя. Полем боя в середине 1980-х был Афганистан. О нем сегодня тоже мало кто бы помнил, если бы не Федор Бондарчук.

Но если тот даже в гнетущих пустошах чужой страны находил любезные публике красивости, то Балабанов, не отъезжая слишком далеко от родного Ленинграда, заставляет ощутить ледяное дыхание вечности (или, напротив, пустоты) и на провинциальной дискотеке, и в захолустном лесочке, и в мирном райцентре. Город носит название Ленинск, и тут символического смысла искать не стоит, хоть герои Балабанова и мечтают в своих убогих жилищах о кампанелловом Городе Солнца. Простой топоним — еще одно напоминание о неприятном подзабытом, непроизвольно стершемся, скрытом под пленкой гламура. Чем тщательнее оно скрывалось, тем явственней проступает в событиях, лицах, словах — например, немудреных, но точных стихах Виктора Цоя в финале: «И куда-то все подевались вдруг. Я попал в какой-то не такой круг. Я хочу пить, я хочу есть, я хочу просто где-нибудь сесть».

Кинотеатр жестокости

Та же группа «Кино» закрывала самый громкий фильм 1980-х. Его зрители ждали перемен — явно не тех, которые наступили в реальности. Горечь неосуществившейся утопии пронизывает все фильмы Балабанова. Торжество зла над добром во многих из них носит характер саркастической констатации факта. Впрочем, смягченной в «Замке» первоисточником, в «Уродах и людях» — умелой стилизацией, в «Войне» — кажущейся объективностью темы, в «Жмурках» — комической жанровой формой. «Жмурки» — недооцененный фильм, и тоже страшный. Что, привыкли смеяться над смертью? Так вот вам пара трупов. Не смеетесь? Получите еще. И так до победного финала с видом на Кремль. Это, однако, фильм о нашем киновосприятии реальности. А «Груз 200» — о самой реальности. Утешительного амортизатора тут нет. Это — настоящий кинотеатр жестокости.

Правда, жестокость остается за кадром. Не только потому, что Балабанов избегает натурализма, но и потому, что пугает здесь не механизм насилия человека над человеком, а темные источники этого насилия и полная безнаказанность тех, кто его совершает. Вообще новаторство картины — в ее содержании, а не удушающе-простой форме высказывания. О том, что жизнь безжалостна, знает каждый. О том, что эту безжалостность можно показать, осмыслить и тем самым в какой-то степени преодолеть, узнают только после «Груза 200».

Предыдущая картина Балабанова, элегическая мелодрама о любви «Мне не больно», как и «Жмурки», была снята по чужому сценарию. В «Грузе 200» режиссер написал сценарий сам. Возможно, поэтому у него получился фильм о том, как больно. Больно тем, кто за кадром, и тем, кто в кадре, и тем, кто в зале. Больно потому, что чья-то вера в любовь, по Балабанову, — не гарантия спасения от мук, без которых прожить жизнь практически невозможно. Тьма сгущается, кошмар зашкаливает, превышая норму многократно, — так, что затошнит от стилизованного насилия, криминального телевидения, пресловутого «черного юмора». Хотели чернухи — получите. Тут ее столько, сколько не бывает в кино. Только в жизни.

За гранью кадра

Если суммировать, то «Груз 200» — фильм о том, как тонка грань. Между гнетущей нормой и холодным безумием, между прошлым и настоящим, между СССР и РФ, между провинцией и столицей, между любовью и ненавистью — при том, что главной причиной страданий становится не любовь и ненависть, а равнодушие. Кроме всего прочего, это кино — модель мира, где яркие сосуществуют с бесцветными, профессионалы — с любителями, а сравнительно знаменитые Александр Баширов или Алексей Серебряков — с малоизвестными артистами (но и для них, особенно для исполнительницы центральной роли Агнии Кузнецовой, эта работа — своего рода подвиг). Они все — жертвы одной безжалостной системы, в которой нет ненаказуемых грехов, и висящее на стене ружье непременно выстрелит. Причем не единожды, и каждый раз прямо в сердце. План А.П. Чехова А.О. Балабанов перевыполнил процентов на пятьсот.

При выходе в прокат не избежать разговоров о нарушенных нормах морали. Обвинять Балабанова в том, что он перешел на «темную сторону силы» начали еще после первого «Брата», а теперь удвоят, утроят обвинения. Социологами, впрочем, доказано — связи между уровнем насилия в обществе и на киноэкране нет никакой. Да и Балабанов наглядно показывает, что самые страшные злодеи от души предпочитают фильмам ужасов развлекательные телепередачи. Поэтому зрители вряд ли схватятся за топоры. Логичной будет иная реакция, тоже показанная в самом «Грузе 200». Ближе к финалу персонаж, на чью долю выпала лишь крохотная доля кошмаров, приходит в пустую церковь и застенчиво спрашивает, где тут можно пройти обряд («таинство» — ворчливо поправляет сидящая на дверях бабка) крещения. Никакой слащавости и умиленности: ни искренность «обращения», ни его последствия не очевидны. Но сама точка, в которой внутренний ландшафт человека вдруг начинает меняться, схвачена верно (в отличие, скажем, от «Острова», авторы которого мудро оставили этот щекотливый момент за кадром). Легко поверить в то, что такие события могут обратить человека к вере в высшие силы. А кино — может? Теперь кажется, что да.

Потому тянет назвать Балабанова лучшим отечественным режиссером, рожденным постсоветской эпохой, а «Грузу 200» присвоить звание лучшего фильма. В нем, однако, столько жизни и столько смерти, что слово «лучший» теряет смысл — на самом деле, не «Орлами» же и «Никами», не цифрами кассовых сборов такое качество мерить. Мера ему иная. Каждый зритель ощутит ее всей тяжестью на душе, выходя из зала.

Антон Долин
Московские новости
6 апреля 2007 года

Смотрите также: